Я расскажу вам сказку о чудесном доме. Это большой, красивый дом. В нем множество разных комнат: огромная библиотека, в которой столько книг, что не прочтешь и за целую жизнь; гостиные и спальни, украшенные множеством картин и скульптур во всех стилях, в каких только творили люди; залы для собраний и театральных представлений; сокровищницы, наполненные драгоценными камнями и металлами; гардеробные комнаты, где висят прекрасные одежды, расшитые золотом; оранжереи, где растут деревья, кусты и цветы со всех концов земли.
Самая главная комната в этом доме – трапезная, в которой сын хозяина дома делит пищу со всеми, кто приходит к нему на пир, а прийти на этот пир может любой. Двери этого дома всегда открыты; здесь нет стражи, отсеивающей неугодных гостей, нет платы за вход, каждый может свободно войти в этот дом и наслаждаться всеми его красотами и благами.
Говорят, раньше, когда-то совсем давно, все было по-другому. В те дни, чтобы войти в дом, надо было сначала пройти процедуру очищения, принести плату за вход, и большинство людей, входящих в двери, не пускали дальше прихожей. Вглубь дома могли пройти только лучшие из гостей. Самые чистые, самые праведные, самые достойные. А встретиться с хозяином дома мог только один из этих праведников, достойнейший из достойных, и то лишь раз в год, и только после дополнительной платы.
Но все изменилось, когда у хозяина дома появился сын, который распахнул двери дома, пригласил всех людей свободно входить в дом и даже пригласил всех на свой пир. Слуги дома говорят, что когда-то давно сын хозяина заплатил плату за вход в дом для всех люде; и еще они говорят, что для этого сыну хозяина пришлось умереть… но так как этот дом все-таки чудесный, то он воскрес из мертвых; еще говорят, что сын хозяина дома и сам хозяин - едины, хотя объяснить это очень сложно, но мы-то помним, что это чудесный дом, в котором возможны даже невозможные вещи.
Люди по-разному относятся к чудесному дому. Многие стараются проходить мимо и его не замечать, молчаливо признавая его право на существование. Многие считают этот дом вовсе не чудесным, а ужасным, поэтому они закидывают дом и его слуг грязью, а временами даже пытаются снести дом. Но как бы они не старались, у них ничего не получается. После их нашествия дом снова отстраивается, такой же красивый и чудесный, как раньше.
Многие люди приходят в чудесный дом, как в гости. Кто-то из страха перед хозяином дома, кто-то потому, что так делали его предки на протяжении многих поколений. Кто-то приходит для того, чтобы попросить о чем-то хозяина дома. Кто-то приходит из любопытства, как турист, видя в доме памятник истории и культуры; он рассматривает картины и статуи, листает книги в библиотеке, говорит со слугами, но дом со всем его содержимым оставляет его равнодушным. Даже пир в трапезной с сыном хозяина многие считают лишь ритуалом, не более чем странным древним обычаем.
Случается, что некоторые люди приходят в библиотеку, вырывают страницы из книг, хранящихся в ней, и потом включает эти отдельные страницы или даже отдельные строки в свои диковинные теории. Бывает, что кто-то приходит украсть какую-нибудь вещь из дома, кто-то режет ножом картины, разбивает статуи или пишет на стене неприличное слово.
Конечно же, слуг дома очень раздражает варварство, неблагодарность, безразличие и вежливое любопытство случайных гостей. Ведь слуги как никто иной видят красоту дома, им больно, очень больно от того, что люди бросают в дом грязью, смеются над превосходящей всякое воображение красотой дома. Но сын хозяина однажды и навсегда открыл дверь для всех - и для тех, кто приходит, чтобы стать слугой в доме, и для тех, кто приходит глумиться, и для тех, кто приходит, чтобы выполнить формальный ритуал, не задумываясь о его значении, и для тех, кто приходит из любопытства.
Впрочем, и сами слуги дома порой ведут себя не лучшим образом. Некоторые из них используют эту службу для своего обогащения, некоторые, чтобы удовлетворить свое стремление к власти. Немало было и таких, кто силой, уговорами или подкупом затаскивал в дом людей, чтобы сделать их слугами. Много раз слуги пытались поставить на дверях охрану, отсеивающую тех, кто, по их мнению, недостоин войти в дом, или берущих плату за вход, как будто это они хозяева чудесного дома и они, а не сын хозяина дома, устанавливают правила.
Часто люди недоумевают – почему хозяин дома терпит тех, кто забрасывает дом камнями, терпит тех, кто ворует вещи из дома, терпит слуг, нарушающих его законы; ведь раньше, в давние, полулегендарные дни, он жестоко карал за малейшее проявление неуважения к его дому. Одни думают, что это доказательство того, что ни хозяина дома, ни его сына никогда не существовало и что они лишь выдумка слуг. Другие полагают, что это проявление слабости характера хозяина дома. Но те, кто сидел за одним столом с сыном хозяина, знают, что дело не в слабости, а в том, что хозяин любит и тех, кто служит ему верой и правдой, и тех, кто ненавидит его и его дом, и тех, кому его дом вовсе безразличен. Он не хочет ничьей смерти, наоборот, он хочет, чтобы все приходили и пировали вместе с его сыном. Даром, бесплатно.
Те, кому доводилось сидеть за одним столом с сыном хозяина, говорят, что однажды все изменится. Дом станет другим. Он разрастется по всей земле, и каждому человеку станет видна его красота, и каждому придется решить – хочет ли он жить в этом доме или нет, хочет участвовать в пире сына хозяина или нет. Слуги этого дома ждут этого дня с нетерпением, и каждый раз, приходя в трапезную на пир, они отмечают не только тот давний день, когда сын хозяина дома распахнул двери для всех, но и тот великий грядущий день, когда слава этого дома наполнит всю Землю.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
Долина Сарон 3 - Геворг Минасян Братья и Сёстры,пожалуйста дайте название "конструкции", что я написал. Вроде не притчи, не стихи,и не понятно что...Сам я называю это просто мысли вслух. Всем спасибо! Храни вас,и вас окружающих ГОСПОДЬ БОГ!
